oleggureev (oleggureev) wrote,
oleggureev
oleggureev

... светлая память!


38.32 КБ

Юрий Степанов
свою последнюю роль сыграл в "Трех сестрах"...

Мощный, всей своей крепкой, даже массивной фигурой связанный с землей, он производил столь редкое сегодня впечатление надежности и силы. Но все, кто впервые увидел его в роли Лыняева в знаменитом студенческом спектакле "Волки и овцы" того самого звездного курса, который потом стал "Мастерской Петра Фоменко", были покорены сочетанием физической мощи и лучезарной, искрящейся доброты и душевной грации.

Его невозможно было не полюбить. Целый мир плескался в его огромных глазах, какой-то непростой жизненный опыт сквозил во взгляде, тревожил, чтобы тут же - стремительно - обезоружить вас детской, открытой улыбкой.

Он вырос неподалеку от Черемхова, рядом с Иркутском, в семье агронома, а потом и председателя совхоза. Рано стал зарабатывать на жизнь и, уже учась в Иркутском театральном училище, успел поработать плотником, каменщиком, трактористом, нефтедобытчиком. Оттого, быть может, так безусловно верили его героям, что от них исходило знание самой сермяги жизни, ее пота и боли.

Судьба дарила ему самые разные повороты: славу театрального актера, успехи в кино и бизнесе, раннюю потерю родителей - сначала убили отца, потом умерла мать; любовь, женитьбу, счастливое появление сына Кости и ожидание нового ребенка. Возвращение после скитаний - уже, казалось, навсегда - в любимый театр-дом, где без него невозможно себе представить ни "Трех сестер" с его потрясающим Чебутыкиным, ни "Войны и мира" с его Пьером Безуховым, для которого он был точно рожден.

Быть может, особенно любили Юрия Степанова потому, что он - большой и сильный - пугал своей открытостью и душевной ранимостью. В этом по-настоящему ответственном мужчине жил ребенок. Когда он играл Бенжамина в спектакле Сергея Женовача "Шум и ярость" все на том же легендарном курсе, за него становилось страшно.

Это теперь кажется, что что-то роковое было в его взгляде, беззащитном, детском, ясном и полном внезапной боли, или оно всегда наполняло его работы такой пугающей правдой? Если бы знать...

Теперь его судьба свершилась. По дороге из театра, после спектакля "Три сестры", он погиб в аварии. Погиб в 42 года, оставив 10-летнего сына, беременную жену. И театр.

Последней репликой, которую он услышал, были слова Ольги в "Трех сестрах": "Они уходят от нас, один ушел совсем, совсем навсегда, мы останемся одни, чтобы начать нашу жизнь снова. Надо жить... Надо жить..." А его Чебутыкин, как всегда, пропел: "Тара... ра... бумбия... сижу на тумбе я..."

Алена Карась

Tags: obituary, Фоменко, театральное
Subscribe

promo oleggureev январь 23, 2014 20:18 13
Buy for 100 tokens
Оригинал взят у xianyoung в террор в России Мы шли к власти, чтобы вешать, а надо было вешать, чтобы прийти к власти Не оскудевает поток статей и заметочек о "добром Царе-батюшке", благородном белом движении и противостоящих им красных упырях- душегубах. Я не собираюсь…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments